Антропагогика.
Школа внутреннего взросления
Год основания: 1994
Антропагогика.
Школа внутреннего взросления
Год основания: 1994
Лидер Школы
Прохоров Анатолий Валентинович
Медиакритик, кино-телепродюсер, культурный антрополог, практический психолог, к.ф.-м.н. (1978), со-основатель мультстудии «Пилот» (1988), основатель и руководитель независимой Лаборатории внутренней работы (с 1994; с 2020 — Институт Антропагогики) и Школы внутреннего взросления (с 2005), художественный руководитель проекта «Смешарики» (с 2003), лауреат Государственной премии РФ (2009), Главный эксперт Института образования НИУ ВШЭ (с 2013).
...Можно, я думаю, назвать «психагогикой» такую передачу истины, которая вовсе не нацелена на приобретение кем-то некоторых навыков и т. д., но смысл которой в том, чтобы изменить самый способ существования подопечного.
— М.Фуко, Герменевтика субъекта
Общее описание дисциплины
Антропагогика — восстановительно-образовательная (здравообразующая) дисциплина:
Исповедующая «неклассические идеалы рациональности»
Ведущая свою историю от античной дисциплины «психагогика»
Ставящая своей целью внутренний разворот взрослых (27+) практически здоровых людей к «освоению» своего внутреннего мира
Выстраивающая их поступенное движение от социальной нормы здоровья к экзистенциальному уровню бытия целостного индивида, «благодеяния»
Краткая история антропагогики
Антропагогика берет свое начало в такой дисциплине, как «психагогика», истоки которой могут быть датированы временем Сократа и Платона. Психагогические методы были реализованы такими античными философскими течениями, как стоики и киники. Впоследствии психагогический метод был воспринят апостолом Павлом, а также другими ранними христианскими мыслителями. В первой половине 20-го века психагогика была связана с такими фигурами, как Ч. Бодуэн, основавший Международный институт психагогики и психотерапии в 1924 г., известный немецко-советский психиатр и антифашист А. Кронфельд, написавший в 1925 г. книгу о психагогике как о совместной сознательной работе психотерапевта и пациента над духовным оздоровлением, А. Эллис, разработавший в 1950-е годы рационально-эмоциональную поведенческую терапию. Однако уже в 1920-е года психагогические идеи и методы были активно ассимилированы и «выработаны» в методиках гипноза, психоанализа и психотерапии. В 1970-1980-е годы практически окончательно вышел из употребления даже сам термин «психагогика». И сама эта дисциплина осталась бы лишь в истории психологии, если бы не несколько разрозненных узкопрофессиональных упоминаний, которые не только сохранили ей жизнь, но и дали новый импульс к её следующему витку развития в виде т.н. «программы Фуко-Пузырея-Хоружего».

Антропагогику в её современной миссии и принципах точнее всего определить – в рабочем порядке, – как нетерапевтическую фасилитирующую антропопрактику в духе «ноотехники» Д.А. Леонтьева, ставящую своей предельной целью выход целостного индивида за «антропологическую границу» (С.С. Хоружий), т.е. пересечение «границы психической смерти» при жизни индивида.

Современная антропологическая ситуация, определяющая основные вызовы и миссию школы
  • Современный мир, предъявляя человеку требования успешности, скорости реагирования, многозадачности, требует от современного человека и большой затраты его жизненных ресурсов.
  • Традиционные способы поддержания ресурса - типа отпуска, физических упражнений, правильного питания, - не дают того количества ресурса, которое требует внешний мир. Человек вынужден тратить внутреннего ресурса больше, чем он успевает восполнять. Чем более активен человек во внешней для него социальной жизни, тем больше он тратит. Растут депрессивные состояния, психосоматические заболевания, «выгорание», дауншифтинг.
  • Одновременно быстрота перемен, необходимость влиять на будущее ставит перед человеком вопрос о том, как построить «своё» будущее, совпадающее с собственными глубинными мотивами и «предназначением»? Как не стать жертвой «чужого», навязанного будущего? Как не оказаться в будущем, где для тебя «нет места»?
  • Внутренний мир каждого из нас во «взрывном» процессе цифровой трансформации цивилизации, в эпоху нейронета становится не только профессиональным инструментарием, но и расходным материалом. Новые условия требуют от человека новых техник работы с пополнением своего ресурса. Один из путей – поддержание баланса между внутренним миром, как источником внутренних ресурсов, и внешним миром. Большие перемены во внешней жизни требуют трансформации жизни внутренней.
  • Для того, чтобы встретить новые требования многозадачной социальной активности, длительного пребывания организма в виртуальной реальности или в режиме распределенного (группового) мышления, постоянного использования интерфейса «мозг-компьютор» и т.п., необходимо «симметричное освоение» глубин своего внутреннего мира, придающее ему:
    - дополнительную устойчивость в ситуациях кросспроблемных и экзистенциальных стрессов;
    - возможности восстановления и пополнения энергетического и психического ресурса;
    - новые скорости и масштабы восприятия, понимания, рефлексии;
    - способность строить внешнее социальное будущее, согласуя его со своей глубинной мотивацией, проводя трансформации одновременно во внутреннем и внешнем мире.
  • Внутренний мир содержит огромный ресурс для внешней жизни. Для его сохранения и приумножения имеет смысл приобрести ещё одну «профессию» - жить внутренней жизнью и научиться стать внутренне взрослым.
  • Миссия Школы внутреннего взросления - это введение человека в «профессию жить».
Поуровневое строение школьной практики
  • Людям, начинающим практиковать внутреннюю работу, антропагогика предлагает два качественно различных (по уровню сложности и антропотехническим требованиям к ним) этапа освоения своего материала: начальный и продвинутый.
  • На начальном этапе практикующий последовательно осваивает три уровня работы со своей внутренней реальностью: внутреннюю гигиену, внутреннюю грамотность и внутреннюю культуру, предлагающих практикующему все более сложные и масштабные задачи саморегулирования организма и своей картины мира.
  • Продвинутый этап предлагается для т.н. «внутренне одаренных» индивидов (их количество оценивается приблизительно в 5-10% от общего числа интересующихся проблематикой «поворота в себя», причем среднее отношение внутренне одаренных женщин и мужчин – 3:1), причем на той стадии их внутренней работы, когда с их организмом произошел качественный скачок «энергетического затопления».
  • Понятно, что в отличие от начального этапа антропагогической практики, который вполне может быть масштабирован и инкорпорирован в традиционную сферу образования и социальную жизнь, дальнейшая антропагогическая работа с внутренне одаренными людьми является индивидуальной, «штучной», напоминая в этом аспекте педагогическую работу с ярко одаренными музыкантами, шахматистами, математиками и т.п.
Базовые содержательные и методологические принципы, определяющие работу школы
  • Становление антропагогики - в продолжение идей «онтагогики» Дж. Бьюджентала, - связано с детальным культурологическим и антропологическим освоением границы между парадигмами медицины (с её основными оппозициями врач/больной, здоровье/болезнь и лестницей «спуска в болезнь») и образования (с оппозицией учитель/ученик и целой лестницей «возвышающих» образовательных норм).
  • Подчеркнем, что тем самым антропагогика вводит в сферу образования понятие об экзистенциальных (жизненных, организменных) компетенциях, уровень которых завершает пирамиду предметных, метапредметных и личностных компетенций, и разрабатывает рабочую модель вводимых компетенций. Причем экзистенциальные компетенции позиционируются как сквозные компетенции 21 века, составляющие ресурсно-содержательный фундамент self skills.
  • Фундаментальным методологическим принципом школы является принцип когерентной групповой работы. И дело тут вовсе не в том, чтобы одновременно удовлетворить потребности многих желающих. Групповая работа в ШВВ основывается на удержании – в качестве базового! – коллективного медитативного состояния, потенциал которого необходим для наиболее эффективного выполнения «надстроечных» над ним, специфических упражнений как по психике, так и по энергетике.
Отличительные особенности школы
  • Объектом внутренней (экзистенциальной, трансцендентальной, «духовной») работы является не только – и не столько! – психическая реальность со всем объемом её явлений, сколько внутренняя реальность человека в целом, подразумевающая активное присутствие тела и его феноменов.
  • Для антропагогики, в частности, принципиально важна работа не только с широким спектром психических состояний, но и с не менее широким спектром энергетических состояний тела [1] .
  • А среди психических феноменов приходится выделять в отдельную, специфическую ветвь внутренней практики онтопрактику, сочетающей жизненный процесс онтологизации с активно и постоянно текущей онтологической работой индивида со своей картиной мира [2] .
[1] Энергетическими явлениями мы – в рабочем порядке, – будем называть целый ряд потоковых («текучих») явлений, связанных в нашем внутреннем восприятии со схемой тела, но не описываемых на уровне его соматического строения.
[2] Заметим, что в психотерапии регулярное представление о картине мира человека (его онтологических рамках) и о её роли в регуляции социальной и внутренней жизни индивида было впервые введено З. Фрейдом в виде психоаналитической конструкции «Сверх-Я».
    Инструменты школы
    • С практической стороны, антропагогическая практика представляет собой постоянно текущую - и самоорганизующуюся по определенным правилам «когерентной группы», - работу малой группы (5-15 чел.) взрослых (27+) практически здоровых людей с целью их внутреннего продвижения от социальной нормы здоровья (и прежде всего, психического здоровья) к экзистенциальному уровню бытия целостного индивида.
    • Антропагогика в процессе 25-летней работы (с 1994 г.) по практическому, теоретическому и методическому построению/возобновлению этой образовательной дисциплины не только постоянно создает новые антропотехники, но и использует психотехники ряда мировых теистических традиций: исихазма, буддизма, суфизма, даосизма. Таковы, например, антропотехники:
    1. «когерентной группы» (эффекты сангхи, соборности),
    2. «вертикальной речи» (исповедальной речи, свободных ассоциаций),
    3. отсутствия позиции терапевта/консультанта/ведущего (базовая НЕ-учительская позиция монашествующего),
    4. «стратегии безнадежных попыток» (оставление опоры на чаемый результат),
    5. «24/7» (еще одна базовая внутренняя позиция монашествующего) и др.
    Компетенции, которые развивает школа
    При прохождении начального этапа человек формирует в себе ряд таких сквозных компетенций социально активного человека, как:
    • детализированное восприятие психоэнергетической реальности своего организма;
    • ресурсообеспечение (постоянная связь своего организма со своим глубинным жизненным ресурсом);
    • открытое (инсайтное) понимание;
    • онтопрактика и работа с предельными «онтологиями себя».
    • «поддерживающее освежение» мотивированности,
    • предупреждение «профвыгорания»,
    • нахождение и совмещение жизненных и профессиональных смыслов,
    • готовность к обучению в течение всей жизни (LLL)
      Область применения, типы решаемых задач
      Школа призвана решать задачи исключительно внутренней жизни практикующего. Одна из основных целей ШВВ – помочь вновь пришедшему «вычистить» и трансформировать в своей онтологической картине всё то, что он сам постепенно разрешит в себе трансформировать....
      Типы решаемых личностных задач
      • Обретение внутренней устойчивости к неопределенности
      • Управление внутренними ресурсами, приумножение ресурсов (здоровья, энергии, мотивации)
      • Переход от критического мышления к открытому пониманию
      • Внутреннее взросление современного инфантильного человека: способность ››› умение ››› навык ››› компетенция
      • Умение воспринимать свою внутреннюю реальность, ощущать ее «слабые сигналы»
      • Умение ориентироваться и действовать во внутренней реальности
      • Определение своей глубинной идентичности
      Онлайн-специфика внутренней работы в школе
      • Базовым состоянием внутренней работы является групповое медитативное состояние, которое, как известно, значительно мощнее по своему энергетическому потенциалу, чем состояние индивидуальной медитации. Основной вопрос к возможностям онлайновой работы Школы был: насколько очное отсутствие участников «сажает» мощность их группового медитативного состояния?
      • Два проведенных 3-недельных онлайн-курса (3-часовые занятия по 2 р./нед.) показали, что энергетический потенциал «удаленной групповой работы» - ориентировочно, не менее 70% от потенциала очной группы. И это означает, что Школа может, не нарушая принципов, техник и методик своего учебного процесса, работать в онлайне со студентами всей русскоязычной ойкумены.
      Базовые термины антропагогической практики
      • Жизненный настрой (известный в обыденности как «хорошее настроение») — наличие в вашем организме «свободного» жизненного ресурса, не «склеенного» с вашими обязательствами и долженствованиями, а находящегося сейчас в полном вашем распоряжении, спокойно и позитивно воспринимаемого вами и легко подчиняющегося вашей воле;
      • Ресурсообеспечение — внутренняя работа человека по постоянному генерированию и удержанию «свободного» жизненного ресурса, достаточного для обеспечения уровня экзистенциального здоровья;
      • Внутренняя одаренность — фундаментальное качество человека, заключающееся в его повышенной природной восприимчивости к энергетическим, психическим и онтологическим процессам и структурам своего внутреннего мира и быстрой обучаемости взаимодействия с ними.
      • Двухфокусное внимание — осознанное удержание состояния «разделенного внимания» для одновременного восприятия двух качественно различных фокусов своей жизни: своей социальной жизни и внутренней жизни своего организма;
      • Жизненное время — время, в течении которого человек осознанно удерживает часть своего живого внимания на восприятии внутренней жизни организма;
      • Онтологическая алертность — состояние спокойной и собранной готовности к действиям и изменениям в своей картине мира;
      • Психический автоматизм — неосознаваемое воспроизводство человеком привычных для него социальных стандартов и паттернов поведения, общения и действия, делающее обычного человека, во многом, «психическим роботом»;
      Научно-образовательный контекст современного состояния антропагогики
      Ряд теоретических, методических и образовательных результатов по данной тематике был доложен на IV, IX и X Международных научно-практических конференциях «Антропопрактики» (Ижевск, 2012, 2017 и 2018), на семинарах А. А. Пузырея и А.Н. Кричевца (психологический ф-т МГУ, 2013 и 2014), на VI Международной конференции по экзистенциальной психологии (Москва, 2016), на Международной конференции «GELP-2017. Образование для сложного мира» (Москва, 2017), на X Международной научно-практической тьюторской конференции (Москва, 2017). В марте-апреле 2019 г. в «Точке кипения» Агентства стратегических инициатив (Москва) был прочитан цикл теоретико-методических лекций «Введение в антропагогику».

      Начиная с 2012 г., в качестве практического введения в антропагогику были сформированы и проведены ряд антропагогических практикумов. Начиная с 2018 г., антропагогические интенсив-практикумы включены в модульную программу Университета НТИ «20.35», а также в программы образовательных интенсивов Университета «20.35» ОСТРОВ 10-21(Русский остров, июль 2018) и ОСТРОВ 10-22 (Сколково, июль 2019), а также рабочего интенсива ЗИМНИЙ ОСТРОВ (Сочи, декабрь 2019).

      Одними из актуальных исследовательских вопросов сегодняшней антропагогики являются следующие:

      • Каковы основные концептуальные и антропопрактические проблемы, стоящие перед антропагогикой в начальный период её формирования/возрождения?
      • Каковы концептуальные и методические взаимоотношения между реабилитационной и развивающей компонентами антропагогики?
      • Какие требования выдвигает антропагогика к практикующим её?
      • Каковы основные ограничения и внутренние невозможности антропагогики?
      Источники
      1. Фуко М. Герменевтика субъекта: Курс лекций, прочитанных в Коллеж длекций, прочитанных в Коллеже Франс в 1981—1982 учебном году — СПб.: Нау­ка, 2007, c. 441.

      2. Мамардашвили М.К. Классический и неклассический идеалы рациональности, М., Изд-во "Лабиринт", 1994

      3. Bugental J.F.T. "The Betrayal of the Human: Psychotherapy's Mission to Reclaim Our Lost Identity", p. 155-163, в сборнике "The Evolution of Psychotherapy: The Second Conference", ed. J.F. Zeig, Brunner/Mazel, NY, 1992

      4. Perls Frederick, Hefferime Rolph, Goodman Paul. "Gestalt Therapy. Excitement and Growth in the Human Personality", Ch. 1 "Initial Situation". New York. 1951.

      5. Kloppenborg, John (January 2010). "James 1:2-15 and Hellenistic Psychagogy". Novum Testamentum 52 (1): 37–71.

      6. Whitenton, Michael (2012). "Figuring Joy: Gratitude as Medicine in 1 Thessalonians 2:1-20". Perspectives in Religious Studies 39 (1): 15–23.

      7. Seid, Timothy. "Psychagogy in Paul: What Is It, How Does it Help Us Understand Paul, and Why Does it Matter?" (PDF), см.: http://scs.earlham.edu/~seidti/psychagogy.pdf

      8. Kronfeld, Arthur. "Psychotherapie: Charakterlehre. Psychoanalyse. Hypnose. Psychagogik". Berlin, Verlag von Julius Springer, 1925.

      9. Eghigian, Greg (November 2012). "Psychagogy: Psychotherapy's Remarkably Resilient Predecessor". Psychiatric Times 29 (11): 12.

      10. Пузырей А.А. Психология – психотехника – психагогика // Психология. Психотехника. Психагогика. М.: Смысл, 2005., с. 166-175 (статья написана в 1991 г. для Московского психотерапевтического журнала)

      11. Хоружий С.С. Последний проект Фуко, см. http://profilib.com/chtenie/111320/sergey-khoruzhiy-posledniy-proekt-fuko.php

      12. Леонтьев Д.А. Опыт методологического осмысления практик работы с личностью: фасилитация, ноотехника, жизнетворчество // Консультативная психология и психотерапия. 2012. №4(75). с. 164-185.

      13. Bugental, J.F.T. "The Search for Authenticity: An existential-ana­lytic approach to psychotherapy". 2nd ed., New York: Irvingston publs., 1981.

      14. Василюк Ф.Е. Культурно-антропологические условия возможности психотерапевтического опыта // Культурно-историческая психология, 2007. № 1. с. 80–92, см. http://psyjournals.ru/kip/2007/n1/Vasilyuk.shtml
      Ваше обращение
      Пожалуйста, заполните форму
      Made on
      Tilda